ysia.ru: "Лена Гоголева: Люблю искусство на сломе веков"

Лена Гоголева: Люблю искусство на сломе веков

Не так давно в Госдуме прошла выставка главного художника Сахатеатра, заслуженного деятеля искусств России Лены Гоголевой. Это пятая выставка художницы. Она получилась романтичной, воздушной и даже немного сказочной. ЯСИА решило наведаться в гости к главному художнику Сахатеатра, чтобы расспросить её о работе с известными режиссёрами, создаваемых ею образах и продолжателях творческой династии…  


— Лена Ивановна, как Вам удалось выставиться в Госдуме?

— Мы написали проект ещё в прошлом году, а затем проходили очень долгое согласование. Но поскольку этот год у нас объявлен Годом театра, а выставлялись два театральных художника — я и моя сокурсница и подруга, московский театральный художник Виктория Просвирнина — то выставку согласовали. Очень помог и депутат Федот Тумусов. Наша выставка получилась такой евразийской, ведь Москва, где работает Виктория – это Европа, а я из Якутска, то есть из Азии.

— Почему выставка получила название «Облака над нашим домом»?

— Все спрашивают: «Почему?». Это романтичная тема. Мы думаем, что наш дом — это наша большая страна, у неё нет границ, а облака – они такие свободные. Я не могу часто бывать в Москве, а Виктория не может приехать в Якутск, но мы дружим, как и все театральные художники, которые очень поддерживают друг друга. Наш мир — это мир наших фантазий, и выставка у нас несколько фантазийная. Очень много работ именно с облаками, даже на пригласительном билете изображено, как девушка летит на облаке. Всего было 40 работ, 16 из которых мои. Самое интересное, что на выставке были представлены не театральные эскизы, декорации или костюмы, а живопись и графика, но в исполнении театральных художников (улыбается).

— Была ли там какая-то особенная для вас работа?

— Да, это эскиз мурала, посвящённого якутской верховной богине и покровительнице плодородия Айыыhыт. Создавала я его как один из победителей V Якутской международной биеннале современного искусства, прошедшей осенью прошлого года. Этот 30-метровый стрит-арт расположен на стене большого девятиэтажного жилого дома в Якутске по адресу Лермонтова, 56 — на  Лебяжьем озере, поэтому я изобразила богиню с белыми крыльями, чтобы сохранить энергетику этого места. Там также изображены белые стерхи. Сейчас этот эскиз, как и многие мои работы, принадлежит национальному художественному музею, но мне разрешили вывезти его и показать.

— У Вас было пять персональных выставок…

— Да, предыдущая выставка была довольно давно, как-то так повелось, что художники их проводят к юбилейным датам. Так вот она у меня называлась «Цветные сны». Мне кажется, должно название отражать атмосферу и душевное состояние, зритель должен ориентироваться на то, куда он идет, и что он будет смотреть.

У меня были разные периоды в работе, но сейчас я вернулась в театр, и у меня такой «станковый» период, то есть живопись и графика. У театральных художников часто много технической работы, а живопись – это совершенно самостоятельные темы. И сейчас у меня именно этот период, мне нравится творить на свободные темы.

— Эти Ваши работы будут где-то ещё выставляться?

— Думаю, да. В театре. В начале следующего года юбилей моего отца — народного поэта Якутии Ивана Гоголева. Я должна буду организовать и открыть выставку. А ещё родному городу папы — Вилюйску — исполняется 385 лет, тоже приглашают открыть выставку. Поэтому, конечно, будем выставляться.

— Одна из Ваших недавних работ – спектакль «Чайка» в Русском драмтеатре. Почему Ваш Чехов стал черно-белым?

— Мне очень понравилось работать над этим спектаклем, я вообще очень люблю работать с Русским театром. А черно-белое… Это графика. У меня есть спектакль в Сахатеатре «Король Лир» в постановке Андрея Борисова, так вот там 50 оттенков чёрного, а тут в «Чайке» 50 оттенков белого (улыбается).

«Король Лир» в своё время получил Госпремию, тоже был знаковый и очень популярный спектакль. Я его тоже люблю. Там по костюму сложные были задачи: создать графичную драматичную среду. И…, естественно, чёрный! Хотя там есть и коричневый, и серый, но всё равно преобладает живописный чёрный. А здесь в чеховской «Чайке» Русского драмтеатра – живописный белый. Мне хотелось создать, в первую очередь, атмосферу. Во-первых, птица – чайка. Во-вторых, должна была получиться романтичная, даже немного мистическая среда.

— Сколько пришлось перечитать Чехова и пересмотреть старых архивов, чтобы создать эти костюмы?

— С Чеховым у меня сложные отношения ещё с институтских лет. Во мне сплавились две культуры: мама у меня русская, а папа якут. И поскольку я работаю в Сахатеатре, я полностью погружена в свою национальную культуру, я её люблю, все мои последние выставки пропитаны якутской культурой. А Чеховочень… русский. Он невероятно тонкий, интеллигентный, в его произведениях другие отношения, совершенно другая среда. А поскольку до этого у меня в работах была языческая тематика, то понадобилось время, чтобы погрузиться в чеховскую среду. Или, вернее, вспомнить её.

— Вспомнить?

— В институте, а я училась в Ленинградском государственном институте театра и кино, теперь он называется Санкт-Петербургская академия театрального искусства им.Черкасова, мы делали курсовые по Чехову. У меня был «Дядя Ваня». Столько в нём страданий мятущийся души, страдания от провинциальности. И здесь, в «Чайке», в какой-то степени тоже. Я в последнее время это хорошо понимаю, раньше не ощущала. Было много работы, прорывов, успехов, Сахатеатр часто выезжал на гастроли в столичные города, и это всегда было событие. А в последнее время я больше погружена в другие заботы, и стала ощущать, что мои друзья разъехались, многие уехали в Москву. Интеллектуального душевного общения стало меньше. И я стала тонко чувствовать настроения и чувства Чехова. Он же сильно от этого страдал — работал земским доктором в провинции, писал свои гениальные произведения о сочувствии и переживании людям, у которых так мало будущего… В «Чайке» же тоже отражено такое настроение. Мне понравилось, как работала режиссёр Лена Корнилова-Мягкая. Она пылающая, эмоциональная, а ведь произведения Чехова мало у кого такие эмоции вызывают. Его считают скучным автором, особенно современные люди. Сейчас движение времени, энергичное, сменяющееся, всем необходимо впечатление, а тут не о впечатлении, а о состоянии души идёт речь. Да и зрителям многим выдержать столько текста бывает сложно. И я понимаю, как режиссёру было трудно работать с материалом.

— Я знаю, что когда актрисы, занятые в «Чайке», узнали, что костюмы будете создавать Вы, облегчённо выдохнули…

— (смеётся) Это приятно слышать.